Upmonitor.Ru - репутационный портал столицы УрФО
СЛУЖБА МОНИТОРИНГА
Как отрастить бороду до груди?
Кого к Куйвашеву привезли в кабинет в 5 утра?
Читайте нас в
>
О проекте Демонстрация Обзор PR Слухи Паблисити Анализ репутаций Архив
вторник, 13 ноября 2018г.Upmonitor в формате XML! 18+
Человек дня
26.12.2007, 11:47

Смотришь в книгу – видишь фигу?

По словам вице-президента РАН, засилье непрофессиональных школьных учебников связано не только с желанием издательств заработать на знаниях, но и с тем, что Минобр фактически отстранился от проведения книжных экспертиз
Газета "Известия", Лариса Каллиома
Лариса Каллиома:

Какие учебники появятся на полках школьных библиотек в будущем учебном году, станет известно в среду. Министерство образования и науки Российской Федерации опубликует Федеральный перечень литературы, рекомендованной для использования в средней школе.

Все эти новые учебники проштудировали 500 человек — члены экспертной комиссии, сотрудники Российской академии наук и Российской академии образования. Первые отвечали за экспертизу научного содержания, а вторые — за соответствие методикам. За полгода своей работы комиссия оценила 437 учебников. Почему каждый пятый из них был забракован, обозревателю «Известий» Ларисе Каллиоме рассказал председатель экспертной комиссии, вице-президент РАН академик Валерий Козлов.

Вы и ваши коллеги читаете все новые школьные учебники от корки до корки. И как оцениваете их уровень?



Валерий Козлов: Очень средний. Качественных учебников крайне мало. Основная масса — некачественная вариация тех самых качественных оригиналов.

Л. Каллиома: Как учебники попадают к вам на экспертизу?

В. Козлов: Да, это стоит пояснить. Заказчиком экспертизы, как это ни странно, является не Министерство образования и науки, а издательства. Скажу откровенно, нас такое положение дел не вполне устраивает.

Л. Каллиома:  Чем?

В. Козлов: Своей противоестественностью. Министерство по сути отстранилось от принятия решений и только констатирует факт: если обе академии дают положительное решение по учебнику, он принимается, а если отрицательное — он не включается в перечень.

Л. Каллиома:  Каких решений в этом году было больше?

В. Козлов: Только каждый пятый учебник из 437, представленных на экспертизу, отвечает современным научным представлениям. И соответственно в четырех из пяти были ошибки.

Л. Каллиома: Вы даете авторам время на их исправление?

В. Козлов: Да, если считаем, что это вообще возможно. В этом году половину учебников мы отправляли на доработку. Нашим ученым пришлось выступить в роли научных редакторов, которые сегодня есть даже не в каждом издательстве. Многие экономят на этой работе. Доходит до потрясающих курьезов — текст одного из принесенных нам оригинал-макетов был исполнен непонятными символами и знаками, его вообще невозможно было прочитать.

Л. Каллиома:  То есть его вывели из компьютера — и даже не просмотрели?

В. Козлов: Получается, что нет.

Л. Каллиома: В каких учебниках больше ошибок?

В. Козлов: Во всех. И по математике, и по гуманитарным дисциплинам, и по иностранному языку. Некоторые авторы сотрудничают с несколькими издательствами. В итоге в одно сдадут более качественную работу, в другое — халтуру. Задача нашей комиссии — отсеять учебники, которые содержат недопустимые неточности. Мы это выполнили. А следовало бы после этого отобрать из каждой группы учебников лучший по предмету. И только их рекомендовать для изучения в средней школе. Но если бы вы знали, как не заинтересованы в этом издательства!

Л. Каллиома: Еще бы, они игроки на рынке!

В. Козлов: Правильно. Они конкурируют между собой и очень хотят расширить свой сегмент рынка. Каждый год появляются новые учебники и их как-то надо вводить в оборот. А Министерство образования и науки, к сожалению, не поддерживает нашу идею о рейтинге учебников.

Л. Каллиома: Некоторые считают, что в нашей школе должны быть только учебники отечественных авторов. Кстати, к вам на экспертизу переводные книги тоже попадают?

В. Козлов: А как же! Это учебники по иностранным языкам. Правда, все они адаптированы для российской школы. Но, по мнению наших ведущих экспертов, все равно сильно уступают учебникам отечественных авторов. Школьника резко погружают в незнакомую среду и культуру, да еще и на иностранном языке. Переводные учебники нужно использовать скорее как учебные пособия, а не как канонические учебники.

Л. Каллиома: Сейчас активно обсуждается вопрос о привлечении в качестве общественных экспертов учебников учителей, родителей, бабушек и дедушек.

В. Козлов: Предложение это интересное. Думаю, что мнение учителей, особенно творческих, которые реально определяют качество учебной литературы, важно. К мнению родителей, бабушек и дедушек мы тоже с уважением относимся. Собственно, многие из нас — экспертов — сами таковыми и являются. Свои дети в школе учились, теперь внуки…

Л. Каллиома: Готовясь к интервью, опрашивала коллег и знакомых — родителей школьников. Все жалуются на сложность школьной программы. Многие считают: побольше бы нам так называемых решебников, чтобы хоть как-то можно было разобраться и помочь своему ребенку.

В. Козлов: Я разделяю такую точку зрения: в средней школе должны быть учебники двух-трех уровней сложности. Для школ с углубленным изучением предмета, к примеру, математики, учебники должны быть сложные и продвинутые. А вот для школ гуманитарного профиля математические учебники высокой сложности вовсе не нужны.

Л. Каллиома:  Учебники по новейшей истории и обществознанию — наверное, самые неоднозначные?

В. Козлов:

Мы признали некачественными абсолютно все представленные учебники по обществознанию для старших классов. Но нельзя остановить учебный процесс и оставить школу вообще без учебников. Пришлось вместе с издательствами дорабатывать эти книги.

Очень трудно написать учебник по новейшей истории. За последние 15-20 лет историческая наука в нашей стране изменилась. Сняты идеологические догмы. Что хорошо. Но многие историки-педагоги оказались к этому не готовы. Я помню дискуссии, которые на нашей комиссии возникали по поводу декабристов. Вот в чем их роль?



Л. Каллиома: В том, что они разбудили Герцена, понятное дело…

В. Козлов: Вот-вот, это все знают. Учебная, художественная литература и кинематограф показывали декабристов романтично — такие чистые, в чем-то наивные люди, которые захотели изменить жизнь к лучшему. Однако документы говорят совсем другое. Некоторые из руководителей декабристов были далеки от романтики и стремились реализовать программу жестких мер. Если бы это случилось, от романтики мало бы что осталось. И как теперь излагать этот вопрос в истории? Я уж не говорю про революцию и гражданскую войну, про 30-е годы и послевоенное время.

Л. Каллиома: А были ли замечания к хрестоматиям по литературе?

В. Козлов: Да, и издательства очень обижались на нас. Мол, к чему вы придираетесь, мы же даем тексты классиков. Но ведь в хрестоматиях есть еще и комментарии, которые грешат неточностями и ошибками. Зачастую есть замечания и к подбору авторов.

Л. Каллиома: Учебники для всех классов попадают к экспертам?

В. Козлов: Нет, только с пятого. Но сейчас Министерство образования и науки готовит новый регламент, и учебники для начальных классов мы тоже будем оценивать. Недавно я видел пассажи из учебников математики: а именно задачи, которые следовало решить.

Л. Каллиома: И как, удалось?

В. Козлов: Они меня изумили своей абсурдностью. Но мне сказали, что именно эти учебники пользуются большой популярностью в школе и признаются новаторскими. Как человек, профессионально занимающийся этой наукой 40 лет, скажу одно: надо учить математике, а не фантазиям на ее тему.

Л. Каллиома: Вообще-то очень часто звучат жалобы именно на околонаучность учебников. Так может, Минобразу стоит в приказном порядке очистить полки школьных библиотек и оставить только те учебники, которые не вызывают никаких сомнений?

В. Козлов: Лично я — за. Как вы поняли, я придерживаюсь радикальных взглядов. Уж если академики занимаются школьными учебниками, то должен быть какой-то видимый результат. Зачем издавать учебник, в котором скомпилированы тексты из других? Еще и утверждать, что создали оригинальное произведение. Можно ли написать радикально новый учебник? Зачем заполнять поле учебной литературы сорняками?

Л. Каллиома: А может, нужен госзаказ как один из способов борьбы с некомпетентностью?

В. Козлов: Поддерживаю всячески эту идею!

Л. Каллиома: А у вас есть сторонники?

В. Козлов:

Есть, и даже в Минобразе, в адрес которого я высказал уже немало критических замечаний. Объективно говоря, им сейчас очень трудно. Говорить о том, что определенные учебники плохие и надо сузить их линейку, нелегко. Ведь кого-то придется отбросить. Но Минобраз делает шаги в этом направлении, наводит порядок. И введение экспертизы учебников — это попытка упорядочить хаос, доставшийся нам от 90-х годов. И уж если начали непопулярные действия, то надо быть последовательными и довести дело до конца. Количество учебников не должно расти. В данном случае количество никогда не перерастет в качество.

«Пиратская» алгебра

Каждый год милиция изымает из оборота сотни тысяч поддельных учебников. Объем «серого» рынка этой продукции в России достигает 10% и оценивается в $12 млн. Контрафактные издания на 10-30 рублей дешевле. «Пираты» используют газетную бумагу вместо офсетной. Изображения и фотографии в таких учебниках нечеткие, краска пачкает руки, а буквы плохо пропечатаны. Книги соответствуют программе, но специалисты не советуют экономить. Низкий уровень полиграфии делает текст размытым или бледным — при чтении детям придется напрягать глаза, что ухудшает зрение.

«Жеребцы идут на запах кобыл». И ужас что творят!

Учебную литературу надо выбирать с осторожностью сапера. Килограммов в портфеле четвероклассника Севы столько же, сколько мальчишке лет, — десять. Каждое утро мама Лена пытается избавиться от лишних учебников. Удается не всегда. Вот сегодня у Севы английский, и поэтому обязательно потребуются: сам учебник, «Книга для чтения» и две специальные брошюры — «Рабочая тетрадь» и «Тетрадь для чтения».

На всех есть надписи «допущено» и «рекомендовано», и мама Лена уже не путается в этих грифах Минобраза. Если первое — значит, учебник совсем свежий, его недавно «допустили» в школу, а если второе — значит, он из «бывалых» и, отслужив отпущенные 5 лет, был переиздан. Маршрут движения этих книг из типографии до Севиного портфеля обкатан годами.

Запутать учителя может каждый

В январе во все регионы из Министерства образования и науки отправляется Федеральный перечень учебной литературы (в несколько сотен единиц!) для следующего года. В нем — на выбор для каждого предмета и класса «допущенные» и «рекомендованные» учебники. Учитель-предметник выбирает из этого списка нужные ему книги, заполняет бланк заказа и отдает его библиотекарю. Тот отправляет заявку от школы наверх — в местное управление образования. А в середине августа тамошние чиновники рапортуют в Москву: учебники в нужном количестве в школы поступили.

О том, что не все из них были заказаны учителями, вслух говорить не принято. Потому что большая часть учебников, как правило, навязывается школам местными чиновниками от образования, а тем, в свою очередь, издательствами. Со стороны кажется: учитель сам сделал выбор из большого количества предложенной литературы — этой вариативностью министерские чиновники гордятся как одной из составляющих нынешних реформ. А по правде учителя выпутываются из этой ситуации каждый по-своему.

Одни используют то, что дают, обильно сдабривая уроки собственными лекциями. Другие тайком от дирекции школы объясняют родителям: надо купить вот такой-то учебник, правда, его нет среди рекомендованных Минобрнауки, но он очень хороший… А третьи, не оглядываясь на строжайшие запреты не использовать учебники, изданные до 2000 года (считается, что они могут навредить здоровью школьника), учат и спрашивают детей по ним, а в журналах пройденные темы записывают, ориентируясь по новым, рекомендованным.

— Толку от того, что выпускается так много учебников, никакого. А вот вред есть: учителю легко запутаться, а их каждый год рекомендуют все новые и новые, — поделилась с «Известиями» учитель немецкого языка из села Александровка Тамбовской области Людмила Струкова. — И напротив, из года в год переиздаются совершенно одинаковые — буква в букву учебники, но учить разрешают только по свежеизданным. Вот и выкладывают родители каждый сентябрь по 150-200 рублей за одну книжку, а надо не меньше 5, а то и все 10.

Папа у Васи бессилен в математике

Накануне очередного урока английского 10-летний Сева с мамой Леной обложились учебниками. Причем каждый своими. «Ну не знаю я, как сделать это упражнение», — заныл сын. «Я тоже», — честно призналась мать и открыла «решебник». В этой книге — подсказке для родителей изложенный в таблицах материал логичен и доступен, если, конечно, английский сам родитель когда-то изучал хотя бы в школе.

— Весь прошлый год мы промучились с географией. Сначала я два-три раза читал параграф, пытаясь понять, о чем он, потом сыну-шестикласснику объяснял на пальцах, — негодует один из учителей обществознания из Москвы. — У меня два высших образования, я дураком себя не считаю. Но неужели там, наверху, не видят, что не всем под силу такая школьная программа?

Да и как ее осилишь, если, собственно, на объяснение нового материала в школьной программе сейчас отводится минимум времени. Исследователи посчитали — прослезились: на это в условиях повального тестирования учитель выкраивает не больше 10 минут урока. Остальное время занимает подготовка к тестам и их анализ.

— Вот, к примеру, учебники по истории для 9-го класса перегружены сложными, непонятными для ребенка этого возраста терминами, которые в тексте не объясняются, — рассказывает преподаватель Рязанского института развития образования Людмила Мастяева. — И как быть тем детям, чьи родители не в силах объяснить, что такое либерализм, консерватизм и прочие?

«Мне 14 лет, я живу с сирийцем»

Как показывает практика, работать с некоторыми учебниками надо с осторожностью сапера. Поскольку можно легко наткнуться на мину — ошибку или неточность. Сомнительные трактовки и однобокость изложения встречаются в некоторых книгах по истории. К примеру, в одной из них после параграфа о событиях Гражданской войны представлен полный портретный ряд генералов Белой Гвардии и всего два портрета военачальников Красной Армии. Портрета Чапаева среди них нет.

Неверные цитаты, неправильные имена писателей и поэтов — не редкость в учебниках по литературе. К примеру, Лермонтов назван не Михаилом Юрьевичем, а Юрием Михайловичем, как столичный мэр Лужков. В хрестоматии по литературе для пятого класса детям предлагается по ролям пересказать сказку. Вот отрывок из нее: «… и приходят жеребцы из морских коней на запах этих кобыл и выходят на сушу… вскакивают на кобыл и удовлетворяют свою нужду и хотят увести их с собой…».

В одной из книг по географии Индию определили материком. В учебнике биологии в параграфе про деревья использовано 40 терминов, из которых 15 не предусмотрены школьной программой.

В учебнике «Русский язык» для 6-го класса ученику дается задание выучить значки, которые употребляются при филологическом редактировании текста. А в учебнике по немецкому языку для 7-го класса ученику предлагается перевести следующую фразу от лица девушки: «Мне 14 лет, с родителями поссорилась, ушла жить к сирийцу». В предисловии одного из учебников, выпущенного в помощь родителям, изучающим вместе с детьми английский, можно прочитать: «Если ваш ребенок идет в школу не в Англии и не в США, а в российскую школу, то по этому поводу не стоит переживать».




Человек дня
 : От театральных отношений может разорваться сердцеИнтервью с

От театральных отношений может разорваться сердце

Последнее интервью покойного актера

 : У Натальи Васильевой не было доступа к материалам дела Лебедева-ХодорковскогоИнтервью с

У Натальи Васильевой не было доступа к материалам дела Лебедева-Ходорковского

Председатель Хамовнического райсуда Москвы рассказал правду о приговоре по второму делу ЮКОСа

Сечин Игорь: За ЮКОСом тянутся не просто нарушения, но тягчайшие уголовные преступления — убийства, истязания, шантажИнтервью с Игорем Сечиным

За ЮКОСом тянутся не просто нарушения, но тягчайшие уголовные преступления — убийства, истязания, шантаж

Могущественный вице-премьер заявил The Wall Street Journal, что в деле Ходорковского не было никакой экспроприации бизнеса

Васильева Наталья: Приговор Михаилу Ходорковскому был написан судьями МосгорсудаИнтервью с Натальей Васильевой

Приговор Михаилу Ходорковскому был написан судьями Мосгорсуда

Откровенное интервью о деле ЮКОСА "Газете.ru" помощника суда Хамовнического района

Максимов Николай: Лисин - он живой, юморной, вызвал довериеИнтервью с Николаем Максимовым

Лисин - он живой, юморной, вызвал доверие

Задержанный в Москве торговец вторчерметом Николай Максимов занимается голодовками и борется с первым олигархом из списка Forbes

Волочкова Анастасия: Да что такое вообще, ваша партия?! Я сама больше, чем партия!Интервью с Анастасией Волочковой

Да что такое вообще, ваша партия?! Я сама больше, чем партия!

Балерина решила покинуть ряды "Единой России"

 : Я сломал вам жизнь, Валентина Алексеевна!Интервью с

Я сломал вам жизнь, Валентина Алексеевна!

Первый пресс-секретарь Бориса Ельцина нарушила свое двадцатилетнее молчание

Лента заявлений
13/11/2018
Евгений Куйвашев

"Я совершенно не могу согласиться"

Ольга Глацких

"Дорогие ребята, государство вам ничего не должно!"

Махарбек Хадарцев, мэр Владикавказа

"Уберите убийцу"

Паблисити
Ждем-с... Ждем-с...
Медийные итоги публичных персон Урала в октябре - по версии ЮПИмонитор
Город  засыпает. Просыпается мафия Город  засыпает. Просыпается мафия
Медийные итоги публичных персон Урала в сентябре - по версии ЮПИмонитор  
Обзор PR

Цифровой Кубок ИннопромаЦифровой Кубок Иннопрома

Командный и персональный медийные зачеты Международной промышленной выставки по версии ЮПИмонитор

На слуху
Багаряков уйдет на север Багаряков уйдет на север
Его прочат в политтехнологи президентского штаба по СЗФО
"Завтра ждем ареста"
Кто в Нижнем Тагиле такая борзота?
Ройзман подписи и не собирал Ройзман подписи и не собирал
А влип Переверзев


сальниковые компенсаторы


неразрушающий контроль


закладные детали


металлорукав


резервуар ргс


резервуар рвс


сильфонные компенсаторы


О проекте | Наши услуги | Реклама | Работа | Карта сайта
© 2001-2018 г.г. Администратор домена - агентство ЮПИмонитор (Agency UPmonitor.ru Ltd)
Св-во о регистрации СМИ ИА №ТУ66-01098, выдано управлением Роскомнадзора по Свердловской области 29 декабря 2012
г. Екатеринбург, 620075, ул. Пушкина, д.4, офис 1 office [енотовидная собака] upmonitor.ru
Генеральный директор и главный редактор Худяков Эдуард Валентинович
В электронном архиве мониторинга офф-лайновых СМИ - данные ИАА "Урал паблисити монитор"
Администрация портала UPmonitor.ru не несет ответственности за достоверность публикаций СМИ, находящихся в электронном архиве

Rambler's Top100